последняя часть душераздирающей трилогии о китае.























хорошего всем дня.

продолжим.




















будет еще, это трилогия.

ПРИВЕТ, ЗЛОВРЕДНЫЙ СТАРИКАШКА...
КОТОРЫЙ ЛЮБИТ, ЧТОБ ЕГО ПРОСИЛИ...
С ТОБОЙ МЫ ОБА- НАЦМЕНЬШИНСТВА...
В БОЛЬШОЙ ЗАСНЕЖАННОЙ РОССИИ...
ТВОРИМ МЫ ОБА ЧУДЕСА...
Я НА РАБОТЕ- ТЫ У ЕЛКИ НОВОГОДНЕЙ...
ПРОШУ, ДЕД, ОТМЕНИ ТЫ ЧАСОВЫЕ ПОЯСА...
ЧТОБЫ РОДНУЛЬКА МОГЛА СПАТЬ СПОКОЙНЕЙ...
СИНХРОНИЗИРУЙ НАШИ НОЧИ...
ПРОШУ ТЕБЯ , ЗЕМЕЛЯ, ОЧЕНЬ...

хватит грузиться.
все мы очень любим китайцев и китай.
вот, наткнулся на несколько забавных шедевров китайского перевода.
стырено с какого-то сайта adme.ru





















продолжение будет.

Я часто слышала в жизни: "Я всегда буду с тобой". Но когда реально были сложные моменты, вокруг никого не оказывалось. Потом когда сложности проходили, появлялись вновь люди, которые заставляли верить им, но как только ты попадаешь в беду рядом предательски никого.
Значит это ли, что все слова - ложь, не важно под какой маской они скрываются?
Значит людям вообще нельзя верить?

ничего там нет особого , ... Нашел фотки которые отправляла ему , где-то через 4 дня после того как меня бросила ....у нее там такой грустный вид ,мне как-то стало стыдно ,перестал ненавидеть ....Вспомнил все что писал ей , какое же чмо я был .....Любить правда не перестал ,ненавидеть перестал ,такая ерунда .....Вот от контакта не нашел паролей . Так бы хоть почитал ,успокоился бы .Понял бы что надеяться не на что .

Добрый вечер! Хотя добрый - понятие относительное, как впрочем и вечер ( в Петропавловске-Камчатском утро).
Позвольте представиться. Неудачница. Да-да! Мне не везет по жизни, а если везет, то очень редко. От меня прячут родные свои лотерейные билеты ( я ведь сглажу), именно на мне останавливается очередь в любую кассу и тетенька очень жалобным, но твердым голосом просит меня пройти в другую, а там очередь больше чем в МакДаке у женского туалета, именно я тот самый герой, который в ожидании трамвая может простоять битый час, а потом пешком добираться до метро 2 километра. Думаете, единичный случай?! Ан-нет! Каждый день что-нибудь приятное из этой серии. Сегодня сделала большую рабту в Exel. Делала ее 2 недели. И что же? Полетели Окна! Крутоооо!

Слова - они как вода. Как вода могут проникнуть к тебе в организм, охлаждая или обжигая твое горло, задевая волоски эпителиальной ткани. Они могут согреть тебя, как живые теплые искорки. Но в то же время они могут охладить твое тело, заморозить твои чувства, ранить ледяным осколком твою душу. Проникая в организм они маскируются под незаметные ледяные капли, медленно скользящие по твоему пищеводу, но в одно мгновение эти капли взрываются, разлетаются на тысячи леденящих душу брызг. Ты чувствуешь, что замерзаешь. Чувствуешь, что температура тела стремительно падает.
Чувствуешь, что это были не просто слова...

"— Я буду плакать о тебе, — вздохнул Лис.
— Ты сам виноват, — сказал Маленький принц. — Я ведь не хотел, чтобы тебе было больно, ты сам пожелал, чтобы я тебя приручил…
— Да, конечно, — сказал Лис.
— Но ты будешь плакать!
— Да, конечно.
— Значит, тебе от этого плохо.
— Нет, — возразил Лис, — мне хорошо. Вспомни, что я говорил про золотые колосья."
(А.Экзюпери "Маленький принц")




...мне должно быть хорошо - я сама так захотела...

Джобса многое тяготило: и эта реклама, да и общая ситуация с Apple, и его раздражение в полную силу проявило себя во время январской поездки в Нью-Йорк для очередной серии интервью. Как и раньше, планированием и обустройством в гостинице Carlyle Hotel занималась Андреа Каннингем из агентства Реджиса Маккенны. Джобс приехал в 10 вечера и сразу же приказал сделать полную перестановку в номере, хотя интервью начинались уже утром. Пианино стояло не на том месте, клубника была не того сорта. Но его главной претензией были цветы. Он требовал каллы. «Мы с ним не на шутку сцепились из-за цветов, — рассказывала Каннингем. — Я знаю, что такое каллы, потому что они были у меня на свадьбе, но он настаивал на ином сорте и обозвал меня дурой из-за того, что я не знала, какими должны быть настоящие каллы». Но все-таки это был Нью-Йорк, и Каннингем даже в полночь смогла найти для Джобса нужные цветы. Когда комната была переоборудована, Джобс обругал одежду Каннингем.

— Твой костюм ужасен, — заявил он.

Каннингем видела, что его переполняет злость, которая ищет любого выхода, и попыталась его успокоить:

— Слушай, я понимаю, что ты злишься, я понимаю, как ты себя чувствуешь.

— Да ты ни черта не понимаешь, как я себя чувствую! — заорал он в ответ. — Да ты и представить себе не можешь, что это значит — быть мной!